Коломыя — один из самых выразительных центров музыкальной культуры Прикарпатья, региона, который издавна отличается исключительным богатством песенной и инструментальной традиции. Здесь музыка никогда не была лишь украшением быта — она формировала образ мышления, воспитывала эстетику и национальное самосознание. Именно в этой среде выросли композиторы, исполнители, дирижёры и музыковеды, и для многих из них первой ступенью стала Коломыйская детская музыкальная школа № 1.
У истоков этого процесса стояли личности, без которых культурный ландшафт города был бы совсем иным. Среди них — Роман Рубингер, человек, которого справедливо называют отцом музыкальной жизни Коломыи, пишет frankivsk-trend.in.ua.
От «Коломыйского Бояна» к собственному пути
Музыкальное пробуждение Коломыи в конце XIX века связано с деятельностью украинской общины города. В 1895 году здесь было основано музыкально-хоровое общество «Коломыйский Боян», организованное композитором Денисом Сичинским. Дирижёры о. Теодозий Курпяк и Роман Ставничий продолжили его дело. Позже эстафету принял Роман Рубингер — специалист, который в своей работе соединил энтузиазм с системной педагогикой.
В начале XX века Рубингер учился в Коломыйской гимназии. Именно здесь он овладел азами игры на скрипке — не в академическом классе, а благодаря общему увлечению с гимназическим товарищем Дмитрием Николишиным, будущим писателем и драматургом. Их труд на протяжении десятилетий определял музыкальную жизнь Коломыи, доказывая, что культура рождается из дружбы, взаимного доверия и общей веры в дело.
Война, поражение и выбор служить культуре
После поражения освободительных соревнований хорунжий бригады Украинских сечевых стрельцов Роман Рубингер вернулся к мирной жизни с опытом войны и глубоко раненной, но несокрушимой патриотической душой. Рубингер вместе со своими единомышленниками стал соучредителем Коломыйского украинского педагогического общества «Родная школа». Впоследствии отсюда возникли частная женская гимназия и учительская семинария.
Именно из этих учебных заведений Рубингер сформировал хоры и камерный оркестр, а затем — и симфонический. По воспоминаниям современников, это был лучший симфонический оркестр в Галиции. Для города, истощённого войной, музыка стала формой исцеления, а для самого Рубингера — способом оставаться верным себе.
Аристократ духа в городе ремесленников и торговцев
Чтобы зарабатывать на жизнь, игрой на скрипке Рубингер сопровождал немое кино в коломыйском кинотеатре «Марс». Но вне сцены он оставался настоящим аристократом духа — эстетом, для которого культура начиналась с мелочей.
В просторном жилище на улице Костюшко (ныне Театральная), над аптекой «Farma-Med», стоял кабинетный рояль известной в то время чешской фирмы «Petrof». Именно сюда приходили способные ученики на частные уроки и репетиции. Рубингер не брал с них никакой платы — единственным требованием был приличный внешний вид. Вероятно, здесь давали о себе знать педантичные немецкие гены его отца, снятынского служащего.
Супружеская чета Рубингеров, Роман и Раиса из Дунайских, не имела собственных детей. Весь свой тёплый, но сдержанный в чувствах семейный мир они отдавали ученикам. К ним обращались на «Вы» — и эта традиция сохранялась в стенах школы вплоть до второй половины XX века.
Музыка без границ и национальных барьеров
В то время в Коломые действовали лишь украинские частные музыкальные лекции-студии под руководством Рубингера, еврейская музыкальная студия и польская школа Терезии Малиновской. Его воспитанниками были не только украинцы. Польский солдат Свенты из 24-го пехотного полка, хороший духовик, совершенствовал у него игру на скрипке. Еврейские семьи Райсманов и Баумгартенов доверяли «профессору» своих детей.
Для Рубингера музыка была универсальным языком, который стоял выше политических и этнических разделений.
Рождение музыкальной школы
Острой проблемой был недостаток методических учебников на родном языке. В 1921 году в Коломые основали первую детскую музыкальную школу. Тогда же город посетил Станислав Людкевич с презентацией своего пособия «Общие основы музыки».
Именно он стал инициатором открытия в 1928 году в Коломые филиала Высшего музыкального института имени Николая Лысенко во Львове. Первым директором коломыйского филиала стал Роман Рубингер — музыкант, педагог и организатор, для которого это учреждение было не формальной структурой, а живым культурным организмом.
В филиале Рубингер вёл класс скрипки, преподавал теоретические дисциплины, формировал учебные программы и одновременно воспитывал эстетическую культуру своих учеников. Обучение не ограничивалось техническими упражнениями: воспитанники изучали музыку от Баха и классиков венской школы до произведений композиторов XX века. Особое место в репертуаре и образовательном процессе занимала украинская музыка — произведения Станислава Людкевича, Василия Барвинского, Нестора Нижанковского, которые воспринимались не как дополнение, а как органическая часть европейского музыкального канона.
По приглашению Рубингера в 1930 году в Коломыю переехала преподавать пианистка и педагог Галина Николаевна Лагодинская. Её появление стало важным шагом в укреплении профессионального состава филиала и повышении его авторитета. Именно благодаря таким преподавателям коломыйская школа перестала быть провинциальной — она всё больше интегрировалась в общеукраинское и европейское музыкальное пространство.
Параллельно с работой в филиале Роман Рубингер активно работал с хором мужской гимназии и с хором «Коломыйский Боян». Именно в «Бояне» произошло его творческое сближение с Романом Ставничим: Рубингер возглавил оркестр, а Ставничий стал дирижёром хора. Этот тандем обеспечил невиданную для города интенсивность концертной жизни. Коллективы регулярно выступали с программами, в которых звучали произведения Вагнера, Грига, Шуберта, Бетховена, Бизе, Мендельсона, а также масштабные вокально-симфонические полотна Николая Лысенко — кантаты «Бьют пороги», «Радуйся, ниво неполитая» и другие.
Особым событием для Коломыи стала постановка оперы Николая Лысенко «Ноктюрн», которая засвидетельствовала готовность местных сил к сложным сценическим формам. В 1931 году Рубингер дирижировал во время гастролей в Коломые выдающегося певца Михаила Голинского, а в 1937-м — на торжественном вечере, посвящённом 40-летию литературной деятельности Ольги Кобылянской, которая присутствовала лично. Тогда же коломыйский театр имени Тобилевича представил спектакль «Кремневые души» по повести «Апостол черни» в постановке Олексы Скалозуба.
Накануне Второй мировой войны оркестр под руководством Рубингера сопровождал постановку оперы Семёна Гулака-Артемовского «Запорожец за Дунаем» в режиссёрском решении Антина Рудницкого. Этот период стал апогеем довоенной музыкальной жизни Коломыи — временем, когда школа, хор и оркестр действовали как единый организм, формируя поколение музыкантов, способных мыслить масштабно и ответственно.
Ученики, ставшие лицом эпохи
Среди воспитанников — сёстры Оксана и Татьяна Кичуры, Вильгельм Баран, Люба Коссак, Богдан Запутович, Любомир Ковалив, Владимир Цисик — отец легендарной Квитки Цисик, и десятки других. Большинство из них судьба рассеяла по свету, но повсюду они несли с собой культуру, заложенную в Коломые.
Школа сквозь режимы и испытания
Музыкальная школа пережила смену власти, названий и адресов — от имени Шопена до переездов в годы войны. В 1944 году она обосновалась в каменице бывшего «Банка хозяйства краевого» на Театральной, 48.
Роман Рубингер, имея характеристику Станислава Людкевича о «безупречном исполнении обязанностей», продолжал работать и читать лекции для широкого круга слушателей. Его ученики исполняли сложную мировую классику на таком уровне, что удивляли даже преподавателей Львовской консерватории.
Опера для детей и тень страха
Во времена «хрущёвской оттепели» по инициативе энтузиастов возникла детская оперная студия. Рубингер дирижировал, разучивал партии, верил в возможность большого искусства для самых младших. Но одновременно над ним нависала тень репрессий — за участие в освободительном движении, за память.
Несмотря ни на что, он уцелел, укрывал еврейских детей в годы войны, сохранил человеческое достоинство и педагогическую честь.
В середине 1950-х Рубингера заставили оставить работу. Но даже за две недели до смерти, в мае 1964 года, он дирижировал школьным оркестром. Умер, расписывая ноты.
Казалось, провожало его всё город. Романа Рубингера похоронили на главной аллее древнего Монастырка — рядом с отцом. Там покоится человек, с которого началась музыкальная Коломыя.
